Олег Александрович Кожевников, профессор кафедры конституционного права; профессор кафедры конституционного и международного права; доктор юридических наук, профессор
ул. Комсомольская, 21, Екатеринбург, 620066;
ул. 8 Марта/Народной Воли, 62/45, Екатеринбург, 620144
Oleg A. Kozhevnikov, Professor of the Department of Constitutional Law; Professor of the Department of Constitutional and International Law; Doctor of Legal Sciences, Professor
21 Komsomolskaya st., Yekaterinburg, 620066;
62/45 The 8th March/Narodnaya Volya St., Yekaterinburg, 620144
Вопросы правовой регламентации усмотрения в деятельности органов власти и отдельных должностных лиц уже долгое время являются предметом многочисленных исследований, дискуссий и даже споров. Особую остроту данной тематике добавляет и тот факт, что содержание категорий «усмотрение», «дискреции» и иных смежных с ними категорий до настоящего времени не имеют единого и окончательного понимания ни в теории права в целом, ни в отраслевых науках. Сложившаяся ситуация, несомненно, является предпосылкой для возникновения различных трудностей и даже коллизий в рамках как нормотворческой, так и правоприменительной деятельности всех без исключения органов и должностных лиц публичной власти. Однако поскольку Российская Федерация провозгласила себя правовым государством, в котором права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием, то одну из важнейших ролей в формировании конституционного правопорядка в деятельности публичной власти и неукоснительном соблюдении гражданами Конституции РФ и иных правовых актов выполняет Конституционный Суд Российской Федерации. При формировании конституционно-правового толкования того или иного варианта дискреции Конституционный Суд РФ, безусловно, учитывает множество факторов, влияющих на дальнейшую судьбу нормативного и правоприменительного положений дискреции или усмотрения, так как данное судом толкование является общеобязательным, а правоприменители не вправе каким-либо иным способом осуществлять применение либо реализацию нормативного акта или отдельных его положений в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации. Автор настоящего исследования на основании отдельных примеров практики Конституционного Суда РФ представил различные подходы конституционного правосудия к толкованию дискреции и усмотрения, закрепленные нормативно в соответствующих положениях правовых актов. Представляется, что в пока еще существующих условиях формального отношения судебных органов и иных правоприменителей к позициям конституционной судебной юстиции именно конституционно-правовые толкования нормативных положений о дискреции позволяют сохранять максимально возможную степень верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации на всей территории Российской Федерации и тем самым защищать права и свободы граждан в правоотношениях дискреционного характера.
Issues concerning the legal regulation of discretion exercised by public authorities and individual officials have long been the subject of extensive research, debate, and even controversy. The problem is aggravated by the fact that the categories of «discretion», «administrative discretion,» and related concepts still lack a unified and definitive doctrinal understanding, whether in general legal theory or in specific branches of law. This situation inevitably gives rise to difficulties and even conflicts in both rule-making and law-enforcement activity across all bodies and officials of public authority. Since the Russian Federation has declared itself a state governed by the rule of law – one in which human and civil rights and freedoms determine the meaning, content, and application of laws and are safeguarded by justice – the Constitutional Court of the Russian Federation plays a crucial role in establishing constitutional order in public-authority activities and ensuring strict compliance with the Constitution. When formulating constitutional-legal interpretations of discretion, the Court takes into account numerous factors affecting the future application of the relevant normative and law-enforcement provisions, as its interpretations are binding and preclude law-enforcement authorities from applying a normative act in any manner inconsistent with the Court’s interpretation. Drawing upon selected examples from the Court’s practice, the article presents various approaches adopted by constitutional justice to interpreting discretion and administrative judgment as incorporated into normative provisions. The Author argues that, given the still-prevalent «formalistic» attitude of courts and other law-enforcement actors toward the Constitutional Court’s legal positions, it is precisely constitutional-legal interpretations of discretionary norms that make it possible to preserve, to the greatest extent possible, the supremacy and direct effect of the Constitution across the entire territory of the Russian Federation and thereby protect the rights and freedoms of citizens in discretionary legal relations.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.